Общество, 11.05.2022 15:25

«Из окна служебного авто проблемы пешеходов не видны»: волжский блогер Александр Дикарев о родном городе и урбанистике

«Из окна служебного автомобиля проблемы пешеходов не видны»: волжский блогер Александр Дикарев - о родном городе и урбанистике

В январе 2022-го года Александр Дикарев получил официальный титул лучшего блогера Волжского. К званию он относится с долей иронии, спокойно и без зазнайства. Находить изъяны в городском благоустройстве и указывать на них власть предержащим он начал лет десять назад. Создал сообщество ВК, где рассказывал горожанам, как призывать к ответу чиновников, заставляя их делать родной город чище и лучше. 


В 2013 году Дикарев выступил закоперщиком «Карты проблем», плавно переросшей в сайт «Волжский дозор». До весны 14-го года регулярно, как на работу, ездил в администрацию на рабочие встречи, заседания, планёрки и совещания. В 2016-м году ему вручили удостоверение советника главы администрации по общим вопросам.

«Мы живем на сломе двух парадигм — город для людей или город для машин»

- Урбанистика вошла в мою жизнь в году, наверное, 2014-м. Тогда ещё про это мало кто слышал. А я прочитал книгу «Урбанистика» ныне покойного Владимира Глазычева, с которой, наверное, и надо начинать с ней знакомство. Там интересно, легко и подробно описана история городов, от самых первых до современных, а также тенденции, наблюдаемые в настоящее время. Так, шаг за шагом, книга за книгой, и втянулся в эту тематику.



- Тенденции, о которых Вы упомянули, они переносимы на Волжский? Как он их отражает и куда мы движемся?

- Конечно, они абсолютно применимы к любому городу, южный он или северный. Сейчас идет слом двух парадигм: город для людей (человекоцентричность) и город для машин (автомобилецентричность).

К нам автомобилизация дошла недавно, в отличие от США, которые столкнулись с ней 100 лет назад. В европейских странах понимание того, что надо что-то делать, появилось в середине прошлого столетия, в Штатах чуть раньше. В Америке жизнь «затачивалась» под автомобили, строилась вокруг них. Но урбанистика пришла к ним и к нам примерно в одно время.

Есть очень интересная книга, написанная бывшим комиссаром департамента транспорта Нью-Йорка Джанетт Садик-Хан. Она внедряла принципы современной урбанистики в проавтомобильной стране и в проавтомобильном городе. И все у неё получилось, несмотря на жесточайшее противостояние - и менталитет, якобы, не тот, и климат тоже.



Практика показывает, что все принципы спокойно реализуются в любой стране, любом городе.

- И какие же это принципы?

- Самое главное, выбор приоритета. Кому он отдается - пешеходам, общественному транспорту, велосипеду, автомобилю едущему или стоящему. На что вы будете тратить деньги. Если главный пешеход, должна быть удобная пешеходная инфраструктура, если мы говорим про общественный транспорт, остановки должны быть доступны.

Вело-пешеходная инфраструктура. Мы видим, как развиваются сейчас СИМы - средства индивидуальной мобильности - самокаты, электросамокаты, велосипеды. И если для нас это больше развлечение, то в том же Копенгагене - это давно самостоятельная транспортная единица, так как больше половины населения передвигаются на велосипедах. Соответственно, это велодорожки, велополосы.

- А нельзя, чтобы эти пять пунктов, вами перечисленных, существовали одновременно, или хотя бы пара из них?

- Нет. Бывший мэр Боготы Энрике Пеньялоса говорит, что города либо для людей, либо для машин, третьего не дано. Невозможно расширять дороги до бесконечности: рано или поздно машины все равно станут в пробках. Не говоря уже о сопутствующих проблемах: загрязнение воздуха, потеря времени и не только.

«Чиновники видят город из окна автомобиля»

- Нашим властям вы пытаетесь свои знания как-то донести?

- С Игорем Николаевичем мы дискутировали на эту тему горячо. Он однозначно автомобилецентричный человек - он видит город из окна автомобиля, часто служебного. Я ездил в этих автомобилях. Сидя в мягком кресле, с водителем, под кондиционером,ты не в состоянии заметить проблем пешеходов.



В 2020-м году, когда по распоряжению Игоря Николаевича убрали пешеходный переход на Гайдара, я ему писал, просил о встрече, чтобы показать на месте, объяснить... Он приехал на автомобиле, я ему рассказал все, и мы пошли от Гайдара к ул. Кухаренко, где рынок.



Шел мокрый снег, под ногами была вода, и он наступил в лужу, и сразу дал распоряжение своим заместителям разобраться.

- Получается, чтобы глава правильно оценивал проблемы города, он должен постоянно ходить пешком?

- А почему нет? В развитых странах мэры городов спокойно ездят на автобусах или велосипедах.

«Шалости, недоступные нынешним детям, у нас были в избытке»

- Родился в Волжском в 1986 году. Папа с мамой - простые рабочие, из близлежащих деревень Волгоградской области. Есть младшая сестра. Большую часть жизни прожил в 25-м микрорайоне, среди панельных домов. Эстетика, которая мне близка, которую я видел.

Дому был год, когда нас туда заселили. Я помню, как застраивался 27 микрорайон, мы туда с мальчишками бегали асфальт проверять на прочность...



- А по котлованам прыгали?

- У меня было чудесное детство: три котлована рядом под три строящихся дома. Мы делали там все что можно и нельзя. Мы жгли костры и взрывпатроны со стройки, из толстых проводов мастерили рогатки. Набивали бутылки карбидом и бросали их, наблюдая как они взрываются. Сливали с Камазов бензин, чтобы поджечь что-нибудь. Любые шалости, недоступные нынешним детям, у нас были в избытке.

- И непременно игры на улице?..

- У нас были игры, замешанные на тюремной романтике, например Форшмак, те же салки, только на гаражах. Из этой же серии - игра в «Козла-мента», но для нее был нужен песок. А песок завозили редко. Похоже на «Слона»: стоят два человека, обведенные кругом, вокруг них ходит «мент», а остальные должны на них запрыгнуть, и они обязаны устоять. А «мент» бьет по ногам.

Была игра «Зомби». Тут понятно - первый «труп» бегает за всеми, засаливает. Но самое будоражащее начиналось, когда оставался кто-то один, удиравший от толпы ходячих «мертвецов». Интересно было очень.

- А многие из ваших дворовых развлечений были ведь довольно травмоопасными...

- В детстве ничего не ломал, а вывихи, ссадины - обычное дело. Ожоги в меньшей степени. Взрывпакеты когда подбрасывали, они могли свалиться кому-нибудь на голову. На стройке падали со строительных помостов, когда убегали от сторожей.

- Заметьте, стройматериалы тогда лежали практически без охраны, под открытым небом, но, вроде, и не воровали ничего...

- Да много чего лежало, потому что некуда было ворованное сдавать. У меня мама с Еланского района, и я каждое лето ездил к бабушке с дедушкой. Там они хранили все свое добро во дворах, на огородах. Но когда в райцентре открылся приемный пункт, туда потащили все, что видно и что спрятано.

- А как просто, оказывается, решается извечная проблема государства российского: главное, чтобы некуда было сдавать похищенное.

- Наглядная иллюстрация - люки. Если я правильно понимаю, по закону приёмщик не должен принимать крышки люка, а обязан сообщить в правоохранительные органы. Но у нас законы не особо соблюдают.

- А когда вы попадали в деревню к бабушке, там какое веселье у вас было?



- Основное- велосипед, колесил по окрестностям, ел и чуть ли не спал на велике. В городе ведь не особенно покатаешься.

- А сейчас есть велосипед?

- Я почему-то потерял интерес к нему. У меня есть самокат, роликовые коньки. А тогда, в деревне, мы много играли в футбол, благо возле бабушкиного дома располагался стадион. Мы смотрели и сами гоняли мяч, село на село. Деления на городских и деревенских не наблюдалось.

- А дискотеки были сельские? С первой влюбленностью?

- Конечно. Может быть, и нравился кто-то, но большой симпатии я не помню.

«Школу, в отличие от техникума, я не любил»

- Я помню про ваш конфликт с учителем физкультуры, который обожал баскетбол, а вы в пику ему пинали баскетбольные мячи из-за пристрастия к другой командной игре - футболу.

- Да. И это напрямую сказалось на моем будущем: я не попал в престижный лицейский класс, а остался в обычном из-за двойки по физкультуре. Отучился до 9 класса, а потом поступил в техникум.

- А первую учительницу помните?

- Нет, к сожалению, пытался, но не вспомнил. Никаких положительных эмоций я в школе не испытывал.

- Положительные появились только в техникуме?

- Да, там и друзья появились.

- А специальность, на которую вы поступили? Не сложно было?

- Вычислительная техника, ЭВТ 22/23. Мы были с другом подготовленные, ходили на курсы, где замечательно «натаскивали» по предметам. И это было очень хорошо, потому что в школе еще возник конфликт с преподавателем русского языка.

- Вы еще с со словесником общий язык не нашли, не только с учителем физкультуры?

- Это был главный школьный конфликт, с Кушнарёвой Натальей Егоровной. Наверное, по вине моего обостренного чувства справедливости. К кому-то из учеников она относилась лояльно, к другим - неоправданно строго. Ей никак не удавалось мне объяснить, почему, к примеру, Пушкин - наше всё. А когда мне что-то навязывают, сразу возникает отторжение.

А вот в техникуме русский язык, литературу и культуру речи вела чудесный преподаватель Лариса Александровна. Благодаря ей, когда прошел хулиганский школьный возраст, я вновь почувствовал любовь к книгам, к той же классике. Достоевский мне очень нравился: темная питерская атмосфера, переживания героев.

- Но Вы же технарь. В этой области встретили хороших педагогов?

- Физик у нас был чудесный, легендарная личность в техникуме, с неформальной кличкой «Хамза». Это имя приклеилось к нему после культпохода с ребятами в кинотеатр, где один из героев, видимо, чем-то напомнил им нашего физика. Он волшебно преподносил предмет, так что я до сих пор помню назубок систему СИ, правда, мне и физика сама давалась легко. Школу закончил с пятеркой.

Тогда не было еще ЕГЭ, были тесты, методички, и нас натаскивали. Весь девятый класс мы учили не математику, а КАК сдавать экзамен, что меня особенно раздражало. Я представляю, что сейчас происходит: знаний никаких, тебя просто, как собаку, натаскивают.

А в техникуме нас учили много прекрасных преподавателей, по два-три на предмет.

«Институт я вспоминаю еще с меньшей любовью, чем школу»

После Волжского политехнического техникума я поступил в ВПИ. «Автоматизированные системы обработки и управления информацией». Поступил на дневное сокращённое, благодаря обучению в техникуме. Я шел с желанием учиться. Я понял, что надо браться за голову: не заниматься фигней, бросать тусовки, поездки.

Девочек в группе было мало, пять, потом осталось четыре, все-таки специальность больше мужская.

В ВПИ у нас, не только у меня одного, не заладились отношения с куратором, потому что мы были уже достаточно взрослые, по 19-20 лет. Да и техникум стал школой жизни, не просто образовательным звеном. Куратор решила, что будет нас поучать, как 16-летних первокурсников. На мой взгляд, неадекватное поведение.


Выпускники SUP Волгоград Михаил Соломонов, Джамал Паладов (архитектор из Урюпинска, автор первого в России парклета)Выпускники SUP Волгоград Михаил Соломонов, Джамал Паладов (архитектор из Урюпинска, автор первого в России парклета)

Положение усугубилось тем, что пары по высшей математике, которые она вела, были в восемь часов утра, а я рано вставать не привык. Да и с 25-го микрорайона доехать до 9-го было в те годы сложновато. До 14-го автобуса идти было далеко, так как я жил ближе к улице Дружбы.

Для меня это превращалось в подвиг - приехать к первой паре, тем более, что за пару минут опоздания тебя выдворяли из аудитории. Вот куратор и отбила желание учиться в институте, и я вспоминаю его с еще меньшей любовью, чем школу.

К третьей сессии от нашей группы осталось человек двенадцать, а остальные взяли академический, и затем перешли на заочное. Я окончил ВПИ в 2010-м, и только несколько лет назад я перестал поминать его "добрым" словом, проезжая мимо главного корпуса.


Еще учась в ВПИ, в 2008-м году я устроился в Ланком, нынешний Пауэрнет: слияние компаний произошло в 2011-м году. Собственно, я продолжаю работать по своей специальности, техником связи.

«На этот скользкий путь я встал лет десять назад»


В 2010-м году я написал своё первое обращение на имя Президента РФ, когда в наш город «зашел» гипермаркет Магнит на въезде в город, уничтожая сквер.

Годом ранее были разборки с гаишниками, которые вымогали взятки, а я сопротивлялся их произволу, предлагая просмотреть, что зафиксировала камера. Я написал 3-4 обращения в ГИБДД, меня вызывали, беседовали.

А уже с 2010-го года я почувствовал, что в городе надо наводить порядок. Началось с обращения к Президенту - у меня дома даже где-то лежит ответ - а в 2011-м году я узнал, что есть такой Федор Езеев, который придумал как бороться в нашей стране с ямами на дорогах.

Если вспомнить 2012-2014 годы, на ремонт дорог тогда выделялись смешные суммы, и российские города превращались в руины. Федор подсказал механизм, а как мне пришла идея сделать все более технологичным и массовым, я уже не помню.



- Ямы, понятно, тема острая, но локальная, а как дальше вы развивались в роли активиста?

- Рассказываю. Я за этим движением следил, и как раз в конце 2011-го года переехал в 24-й микрорайон, где каждый день «любовался» ямой во всю ширину проезжей части. Я решил, что это некий знак, и я к весне попробую показать на своем примере, как мы можем взять ответственность за свой город, начиная с дорог. Законным путем проявить свою гражданскую позицию.

«Служба охраны окружающей среды бережет наш сон, скрывая данные»

Я написал свой первый пост ВКонтакте, фактически создав группу 24 мая 2012-го года. Скоро будем отмечать юбилей, 10 лет. Показывал и рассказывал шаг за шагом, как я работал с общероссийским ресурсом по ликвидации ям: одна, вторая, третья ямы, потом люки, еще что-то... Постепенно, само собой, добавились разнообразные аспекты городской жизни.

Последнее крупное ответвление случилось в 2016-м году, когда я начал вникать в отчёты МБУ «СООС», которые на первых порах давались с трудом, и только сейчас я понимаю, что к чему. Вот атмосферный воздух. Все знают, что нас травят заводы, а детали никто не знает.



С новым начальником политика руководства МБУ не поменялась: они берегут сон горожан, скрывая данные. В плане экологии меня волнует и информирование горожан. Я добился, чтобы регулярно публиковали «Эковестник», включая архивные данные, начиная с 2019-го года. Самое главное, сейчас с двух городских постов на портале «Открытый Волжский» публикуют показания.

Хочу, чтобы «Служба охраны окружающей среды» вернулась к предыдущим форматам отчетов. На примере отчета за 2019-й год видно, что там два предложения реально полезной информации. А раньше только раздел «Атмосферный воздух» занимал 30 страниц.

И исчезли сведения о превышении по содержанию сероводорода, то есть есть констатация факта, но нет цифр.

Известный волжский блогер


Я в 2015-м сходил в «Зоодворик» и видел там не очень приятную картину, написал об этом, и корреспондент АиФ Волгоград по мотивам моего поста выпустил статью, где назвал меня известным волжским блогером.

А почему бы и нет, подумал я, тем более, что слово «блогер» тогда ещё не было ругательством, а кому же не хочется быть известным? А в январе 2022-го я стал практически дипломированным блогером, и ко мне уже не подкопаешься.

(В начале года объявили итоги ежегодного конкурса «Молодежный триумф», куда впервые включили номинацию «Волжский блогер», победителем которой и стал Александр Дикарев. - ред.)



- Что-то изменилось в Вашей жизни после награждения? Может быть, официальные лица стали иначе относиться?

- Да нет, конечно, ничего не изменилось. Те, с кем когда-то учился, увидели и стали поздравлять. Для знакомых это было какое-то событие, для меня некая юмореска, шутка, которая привела меня на церемонию награждения.

«Хороший вопрос»

- Так в итоге как вы оцениваете свою деятельность как общественника? Что получается и что не получается?

- Примерно такой вопрос мне задала вице-мэр Екатерина Гиричева на собеседовании, когда меня номинировали на премию «Молодежный триумф» - «Что-нибудь изменилось за 10 лет?» Я подумал и сказал, что принципиально ничего не меняется.

Да, мы видим новый асфальт, дороги, но на дворе не 70-е, а 21-й век, надо быть современными, а мы живем по лекалам прошлого века.



- Тогда смысл ваших усилий в чём?

- У меня есть любимая фраза из фильма «Пролетая над гнездом кукушки», где главный герой сказал: «Я хотя бы попытался, я хотя бы попробовал, черт возьми...»

Когда я только начал этим заниматься, я и ребятам своим сказал, что эта история надолго, быстрых побед не будет, и будут ли они вообще... К этому надо быть готовым, но не всегда получается спокойно к этому относиться. Со временем привыкаешь, обрастаешь толстой кожей.

Сообщники

- Сколько сейчас у вас товарищей по оружию? Костяк сообщества?

- Активное ядро это 14 человек. И мы все примерно одного возраста, одного поколения. У нас есть ещё и закрытая группа ВК наряду с открытой, что связано с информацией, которую нельзя выносить в публичную плоскость. Мы же с чиновниками общаемся не только формально, но и неформально. И они нам что-то рассказывают, что называется, не под запись. И эту информацию мы обсуждаем в закрытом сообществе.

За минувшие 10 лет новых людей у нас не прибавилось. В этом году двое новичков пришли. А костяк, больше половины, существует с 2013-го, когда я объявлял акцию «Мой двор». Тогда я показывал, как бороться с ямами, мне писали, мы встречались.



- Сейчас какие самые актуальные темы в поле вашего внимания?

- Я сейчас больше сосредоточен на безопасности дорожного движения, и это не разбитый асфальт. Кстати, очень интересно трансформировался мой взгляд на ямы: если раньше они меня крайне беспокоили, то теперь они меня даже радуют.

- Потому что скорость автомобилей снижают?

- Да, это средство успокоения трафика. Возвращаясь к моей дворовой яме - она начала расти, а я не прикладываю никаких усилий, чтобы её ликвидировать, потому что машины по внутрикварталке летают.

У нас пересечение угловое, и выезд на Оломоуцкую оборудовали тремя лежачими полицейским. Они меня сначала ужасно раздражали, а сейчас я понял, что это необходимость, защита от лихачей.

Сохранность зеленых насаждений — тоже огромная проблема. Вдобавок ко всему мы занялись и культурным наследием Волжского.

«Из увлечений остались путешествия и книги»


- Пришла пандемия, распались наши команды, да и я не могу уже гонять мяч из-за больного колена. Пока футбол смотрю только по телевизору. На самокате катаюсь. 

- А с женой когда познакомились?

- Шестнадцать лет назад, когда её пригласили в нашу компанию друзья. У нас с Элей зашел спор о футболе, я и обратил внимание на неё. Мне стало интересно, обменялись телефонами. Помню, был май, я сидел на паре в институте, а за окном солнышко светит, и понял, что мне её как-то не хватает. Позвонил, погуляли, стали встречаться.

- А официально когда оформили отношения?

- Роспись была, скорее формальным актом. Мы в 2006-м познакомились, а поженились только в 2012-м году. Несколько лет проверяли чувства кредитами, ипотекой.



- Что самое сложное в семейной жизни?

- Терпение. Два разных человека, поэтому трения неизбежны. Без терпения диалога не получается. Нужно понять, из-за чего возникают трения. Если не узнать, что не так, разногласия усилятся.

- А любовь где?

- Любовь само собой. Но это же обычная история — сначала гормональная влюбленность, конфетно-букетный период, когда искры в глазах и бабочки в животе. А потом гормоны утихают, и ты начинаешь в человеке видеть и ценить не только красоту, сексуальность, а более глубокие вещи.

«Я уверен, будет что-то хорошее»

- С конца 20-го и весь 21-й год были очень насыщенными. Сейчас больше морально отдыхаю. Сейчас аккумулирую все полученные знания и впечатления. Жду, что само все дальше сложится и куда-то приведет. Впереди - 10-летний юбилей, организуем небольшое торжество. Встречу с подписчиками, где я могу им что-то рассказать, показать.



Загадывать не хочу. Как-то оно будет. Наверняка. Что-то хорошее. Я уверен.

Марина Кайгородова

Новости на Блoкнoт-Волжский
  Тема: Лица нашего города Волжский  
волжскийДикаревсообщество
6
0
v3